Театр Новая Опера / Балет Москва представляет премьеру танцевального спектакля на музыку Петра Ильича Чайковского «Щелкунчик. Несказка»

20, 21, 22 и 23 февраля 2026 на сцене Новой Оперы

Театр Новая Опера / Балет Москва представляет главную балетную премьеру юбилейного 35 сезона: танцевальный спектакль «Щелкунчик. Несказка» в постановке хореографа Павла Глухова. В творческой команде – сценограф Лариса Ломакина, художник по костюмам Светлана Тегин, художник по свету Татьяна Мишина, видеохудожник Алексей Бычков. В основе спектакля либретто, написанное Павлом Глуховым и Татьяной Беловой. Музыкальный руководитель постановки и дирижер – Антон Торбеев. «Щелкунчик» – произведение настолько традиционное, что стало частью рождественского ритуала на обоих континентах. Без преувеличения можно сказать: все знают, как и, главное, когда его нужно танцевать. Новая Опера предпринимает смелую попытку пробить панцирь «хрестоматийного глянца» и добраться до живого нерва и смысла партитуры П.И. Чайковского. Для этого некоторые традиции придется пересмотреть. Наша «рождественская сказка» превратится в пост-рождество и выйдет 20 февраля. В центре сюжета будет отнюдь не история взросления Мари, поменяется место и время действия, трансформируется система персонажей: Щелкунчик и Дроссельмейер станут юной и повзрослевшей версией одного и того же – главного – героя. И наконец дивертисмент второго акта станет сюжетным действием. Главный вопрос, на который предстоит ответить авторам нового «Щелкунчика» – зачем мы сегодня это делаем? Сюжет Татьяна Белова – театровед, драматург, соавтор либретто: «То, что было написано когда-то давно, говорит не только о своем авторе и своей эпохе, но и о нас – о тех, кто читает, смотрит, слушает сегодня. Поэтому великие сочинения время от времени требуют свежего взгляда. Не переосмысления, а переобдумывания: важно не то, какие новые смыслы можно в них отыскать, а необходимость заново и без предубеждения с ними встретиться. Главный интерес и сверхзадача нашей работы – услышать “Щелкунчика” Петра Ильича Чайковского сегодня, снежной холодной зимой 2026 года. Услышать не по инерции, найти пластическое и визуальное отражение рассказанной в нем истории о взрослении через испытание. В повести Эрнста Теодора Амадея Гофмана юную героиню вышучивают взрослые, им кажется, что все происходящее с ней во сне несерьезно, потому что нереально. Но взрослые неправы: она проживает все события по-настоящему, бой кукольных солдатиков и мышей для нее абсолютно реален, именно поэтому она больше не может оставаться прежней. В нашем новом спектакле “Щелкунчик. Несказка” мы рассказываем историю не одной героини, а нескольких людей. Они проходят через экстремальные ситуации, обстоятельства их взросления более серьезны, чем у гофмановской Мари, но поэтическое ощущение мира никуда не исчезает». Павел Глухов о режиссерской концепции спектакля: «“Щелкунчик” для меня – это ощущение потери, это чувство чего-то невозвратного. Для этой музыки в целом характерно очень острое ощущение времени – его безостановочного хода. Мы рождаемся, взрослеем, стареем, проживаем жизнь со всеми ее изломами. И эта жизнь – конечна. В новом видении “Щелкунчика” мне бы хотелось эту трагическую необратимость времени переиграть, обмануть, срежиссировать заново. Сюжеты нескольких временных потоков развиваются в одном сценическом пространстве, пересекаются, трансформируют друг друга. Возможно ли переиграть судьбу и время? Мы размышляем о достаточно серьезных, взрослых идеях, и поэтому в названии спектакля есть уточнение “Несказка”. Но здесь также определенно есть место чуду». Музыкальная концепция В новой постановке команда авторов подходит к партитуре «Щелкунчика» словно с чистого листа, не оглядываясь на вековую исполнительскую традицию. Характер звучания оркестра, темпы, акценты, фразировка, динамические нюансы не подстраиваются под движение, а существуют в диалоге с хореографией. Меняется и место расположения оркестра: он находится не в оркестровой яме, а в арьере сцены. Таким образом музыканты и танцовщики присутствуют в одном сценическом пространстве, дополняя и развивая историю своими выразительными средствами. Антон Торбеев о музыкальной концепции спектакля: «“Щелкунчик” – редкий пример партитуры, которая за более чем сто лет буквально обросла привычными интерпретационными штампами. Мы все знаем, как “должны” звучать вальсы, дивертисмент и т.д. – не потому что так написано у Чайковского, а потому что так десятилетиями сложилось в классическом балетном театре. Наш спектакль – это попытка услышать “Щелкунчика” так, будто он написан сегодня. Без сахарной глазури, без обязательной праздничности, без того, что мы привыкли воспринимать как “балетную норму”. И для меня, как для дирижера, это редкая возможность заново открыть партитуру, которую, казалось бы, знаешь наизусть». Павел Глухов о работе с музыкой: «Я ставлю себя в ноль-позицию по отношению к музыке, стараюсь не воспринимать её как давно знакомую и не вступать во внутренний диалог с другими интерпретациями. Отсюда логичным образом возникает абсолютно новый сюжет». Визуальная концепция Сценограф Лариса Ломакина создает нарочито условное, вневременное пространство, где в капсуле памяти возникают едва различимые очертания зданий, улиц, разрушенного собора, в которых угадывается французский городок эпохи первой мировой. На авансцене – предельно конкретная мастерская кукольника, где Натаниэль шлифует деревянных солдатиков-щелкунчиков, бесконечно множа образ самого себя, своей одеревеневшей души. Художник по костюмам Светлана Тегин взяла за основу модели повседневной одежды Франции начала XX века и сшила их из натурального льна и хлопка, меха, бархата, шифона, придав достоверности облику спектакля. В первом действии все персонажи носят одежду приглушенных тонов, зато во втором костюмы обретают цвет, повторяя преображение главного героя, его пробуждение. Генеральный партнер постановки – Фонд развития и поддержки социально-культурных проектов «Р. А. Фонд».